Рассвет над бездной  - Екатерина Радион

– Мою служанку ранили. Ей нужна помощь.

– Ах, как это мило. Кладите ее на кушетку. Что произошло?

– Когда я вернулся, одна… из постоялиц гостиницы напала на Вивьен с ножом. Мне показалось, что рана небольшая, она не могла потерять столько крови, чтобы упасть в обморок. А мы его с вами наблюдаем, – с трудом скрывая беспокойство, отчитался герцог. – Впрочем, сейчас это ваша забота. Как только вы вылечите ее, она оплатит услуги. А я вынужден откланяться.

– Как будет угодно, ваша светлость.

– Лечи ее как леди. Мне она нужна завтра здоровой во что бы то ни стало, я понятно объясняю?

– Да, ваша светлость. Сделаем все в лучшем виде. Она моя единственная пациентка, все внимание только ей!

Как и обещал врач, Вивьен вскоре пришла в себя. Открыв глаза в неизвестном темном помещении, она испугалась. События последних часов ускользали от нее, разве что образ леди Эмилии с ножом в руках был ярким.

«Хм, она убила меня, и я в царстве Триединых? Так вроде бы рана несерьезная была…»

Вспыхнул свет.

– Рад, что вы пришли в себя. Как самочувствие? – поинтересовался доктор, садясь на кушетку напротив.

– Где я? И кто вы? – вместо ответа спросила Вивьен, потирая ноющие виски. Состояние было скверным. – Что со мной?

– В больничном крыле, вас принес Кристоф Матье. – При упоминании имени герцога на душе стало спокойнее. Раз это он ее сюда привел, значит, все в порядке. – Я Жан Риттер, врач. Впрочем, мы вряд ли раньше пересекались, обычно горничных лечу не я.

– Приятно познакомиться, – приветливо улыбнулась Вивьен, пытаясь наладить отношения. Все же отвечать вопросом на вопрос – верх бескультурья, а врач для постояльцев явно важная персона. – И все же, почему я здесь?

– Кровопотеря. Не серьезная, но неприятная. Вам нужен отдых, – с утешающей улыбкой ответил врач. – Не беспокойтесь, герцог все сделал правильно, мои коллеги, конечно, спасли бы вас, но шрам от пореза остался бы.

Вивьен нахмурилась. Все происходящее перестало укладываться в голове. Эмилия Артьен пыталась убить ее? Но зачем? Нет, это больше похоже на случайность, но гадкое ощущение на душе никуда не уходило. Неужели ревность способна толкать на такие жуткие поступки?

– Спасибо.

– Пока не за что. Я подлатал вас, но слабость останется с вами по крайней мере сутки. Вы не хотите рассказать, кто на вас напал?

– Герцог не сделал этого? – поосторожничала Вивьен.

– Нет, – покачал головой врач. – Сказал, что кто-то из постоялиц. Но это не повод спускать аристократам такие вещи с рук.

– Боюсь, мне не стоит ничего вам говорить. Если он посчитал, что так будет лучше, значит, на то его воля, – с напускным смирением сказала Вив, невольно напрягаясь.

– Как скажете. Но если вам понадобится свидетель, я готов дать показания.

– Не боитесь потерять свое место?

– Они вряд ли найдут такого же хорошего врача за эти гроши, Вивьен. Вам лучше поспать, раз не хотите сделать важное для мира дело.

– Я должна быть на стороне своего нанимателя. Какая я тогда прислуга, если иду вразрез с его интересами?

– Возможно, мне представится случай доказать, что не такая уж и плохая. Если будет холодно, возьмите еще одеяло в шкафу.

Врач ушел, свет погас, только с улицы пробивались серебристые лунные лучи. Но Вивьен никак не могла уснуть. Уткнувшись лбом в холодную стену, она пыталась разобраться в себе и в произошедшем.

«Если он защищает ее, то… Может быть много вариантов. Он может все еще любить ее, например. А ты, Вив, уже представила себя рядом с этим человеком? Признайся хотя бы себе, ты бы не отказалась выйти за него замуж. И дело тут не в деньгах и положении, он нравится тебе как личность. И если тест покажет, что у вас будут здоровые дети, то будь он хоть из рабочих, ты бы пошла, если бы позвал. Но… он не зовет, хотя и оказывает на первый взгляд недвусмысленные знаки внимания. Говорила тебе матушка не верить аристократам. Они живут в другом мире. И то, что может быть для тебя знаком внимания, для них норма».

Повернувшись на другой бок, Вив принялась изучать резьбу на шкафу. Завитки в ночных тенях складывались в невероятных зверей и волшебные миры, но мысли возвращались к герцогу.

«Хорошо, допустим, он ее не любит. Что тогда? Нет, если бы любил, не выставил бы посмешищем. Такой позор не смывается. Он совершенно точно ее не любит. Но, Вив, ты готова жить рядом с человеком, который практически заживо похоронил при тебе другого?»

С тяжелым вздохом Вивьен была вынуждена признать, что готова. Ведь кроме позора, который Кристоф навлек на голову Эмилии, был и тот, что изнеженная аристократка обрушила на герцога.

«Неужели ты можешь подумать, что нравишься кому-то в духе герцога Матье? Нет, конечно же, можешь. Ведь ребенком он заметил тебя. Значит, не все потеряно. Взрослые – дети в клетках предрассудков. Но сможет ли он выпустить того внутреннего ребенка? Сомневаюсь. Иначе мир бы рухнул, потому что дети не могут управлять своими эмоциями».

Закусив губу, чтобы не завыть от отчаяния в голос, Вивьен спряталась с головой под одеялом. В темноте было тепло и уютно, и не было никого, кто мог бы ее видеть.

«Хватит думать об этом. Вы не пара. Его отец сказал тогда все правильно. Он богат, а ты нищая оборванка».

Вив нахмурилась. Что-что, а изменить последний факт было в ее силах. Пусть даже через десяток-другой лет, когда она уже будет никому не нужна как женщина, главное, что жизнь в ее руках.

Хвост сороковой

Ночные мысли